Улитина Александра
* * *
Пишу о тебе – как посуху,
Водицы глотки горьки.
Хожу с деревянным посохом,
Железные башмаки.
Три каменных хлеба собраны,
Заплечный мешок тяжёл.
Дороги дождями сотканы
В обход городов да сёл.
До верхней бы ноты – затемно,
Ночлегом дремучий лес.
Звезду из колодца зачерпну,
До талых дойду небес.
Пишу о тебе – как посуху,
Водицы глотки горьки.
Хожу с деревянным посохом,
Железные башмаки.
* * *
Апельсиновой кладью
набита до боли,
Не сума, не тюрьма,
только тоже неволя,
Чтобы я умерла,
отведи меня в поле,
Отпусти меня
в небо июля.
Повстречай, проводи,
помяни хлебом-солью,
Поделись с кем-нибудь
легковесной юдолью,
Чтобы я не вернулась,
сверни за горою,
Где лиловые ветры задули.
Всё вернётся к тебе,
если я загадаю,
Я столетней весною
тебя ожидаю,
За рекой, за строкой,
за неведомой далью,
Там, где плачет,
купается месяц.
Где единым становятся
сны, загораясь,
Опрокинуты крыши
в открытые раны,
Я ребёнок, и я
в твоём детстве играю,
Ты придёшь не в то
время, посмейся.
Это помнит ручей,
где лежат наши лица,
Ты успеешь уйти до того,
как случится,
Ты несёшь воскресенье
моё, ты убийца,
Но прозрачны и
ласковы пули.
Это только свеча
для того чтоб молиться,
Чтоб уснуть и мечтать,
беспокойная птица,
Чтобы я умерла,
мы должны перелиться
В обожжённое небо
июля.
* * *
Разучилась говорить. Молчу.
Застываю глиняным сосудом.
Если и зажгут внутри свечу,
От нее теплее я не буду.
Бабья горечь выльется в дела,
На коленях мыть полы, истерик
Звон – посуды, мытой добела,
И устала плыть, и виден берег.
Ничего, что он придет во сне,
Что, проснувшись, я о нем забуду.
Молча потоскую об огне
Изнутри холодного сосуда.
* * *
Мой голос детский, голос незнакомый,
Я помню звук – он не похож на мой,
И аромат бревенчатого дома,
И лошади маячат за рекой.
И где-то за околицей равнина,
Упасть бы в земляничный дух земли,
Как после – в сон перед кроваткой сына,
Теряя нить на слове «исцели».
А в зеркале отражено иное,
Открыта дверь, белеет глубина,
И хочется идти туда, в земное,
Но свет. И держит за руку вина.
По пыльным чашкам исповедь разлита,
Все ждут судью. Ночник перегорел.
И никогда мне голосом забытым
Не закричать в деревне на дворе.
Страница
1 ,
2 ,
3 ,
4 ,
5 ,
6 ,
7 ,
8 ,
9 ,
10 ,
11 ,
12 ,
13 ,
14 ,
15 ,
16 ,
17 ,
18 ,
19 ,
